Геннадий Миргородский ступил на тропу войны

Северо-западный рыбопромышленный консорциум (СЗРК) может отказаться от заказа на строительство 10 судов-краболовов, что поставит Выборгский судостроительный завод в крайне затруднительное положение. Причина — новый порядок распределения квот на вылов краба, который должен вступить в силу в 2019 году. Речь идет об отмене 50% «исторического» принципа распределения квот в пользу электронных аукционов, — сообщает «Документы и Факты». Главным выгодополучателем от введения новой схемы называют Русскую рыбопромышленную компанию, 89,95% которой принадлежит Глебу Франку, зятю Геннадия Тимченко.Исторический принцип распределения квот на вылов — это когда квоты распределяют между рыбаками, которые уже работают в том или ином регионе. Для чего это нужно? Все, что связано с морским судоходством и рыболовством требует дорогостоящей материальной базы, наличия определенного опыта, связей, а также умения. В подобного рода бизнесе нет места компаниям-однодневкам. А любое предприятие, решившее заняться выловом рыбных ресурсов, должно иметь долговременный план развития. В том числе по постройке новых судов. Что тоже процесс не быстрый.

Является ли подобный способ распределения квот рыночным? С точки зрения либертарианцев, нет. Обеспечивает ли он стабильное развитие отрасли? Выгодно ли это государству? Экс-зампред председателя правительства Владимир Дворкович считал, что да.

«…Исторический принцип должен быть основополагающим…», — заявлял он в конце февраля этого года. По его мнению, компании, обеспечившие значительные инвестиции в отрасль, должны иметь приоритет в распределении квот. В ближайшие 15 лет исторический принцип распределения водных ресурсов останется основным — успокаивал Дворкович рыбопромышленников, несколько перевозбужденных после письма «неизвестных авторов», адресованного Владимиру Путину.

«Анонимы» предлагали 2 нововведения: открытый аукцион сроком на 10 лет уже в 2019 году и полная отмена инвестиционных квот. То есть, тебе дают квоты при условии обязательств по обновлению и увеличению собственного рыболовецкого флота.

Понять Северо-западный рыбопромышленный консорциум можно — зачем консорциуму новые краболовы, если квоты на вылов краба могут достаться кому-то другому?

О ком-то другом…

Очевидно, что отмена исторического принципа распределения квот выгодна тем, кто на данный момент «доли» в отрасли не имеет, но очень хочет эту самую долю получить. При этом, этот «кто-то» является настолько влиятельным человеком, что может сделать так, чтобы его «анонимное письмо» дошло до президента Российской Федерации.

Давайте познакомимся, ООО «Русская рыбопромышленная компания» (РРПК) и ее учредители

Зять Геннадия Тимчеко Глеб Франк и его партнеры по «Русской рыбопромышленной компании»

До недавнего времени «Русская рыбопромышленная компания» добывала в основном минтая и сельдь. Но вдруг, ни с того ни с сего, в 2017 году РРПК покупает за 10 миллиардов рублей квот на вылов 2,4 тысяч тонн краба на Дальнем Востоке. Как их выдали компании только с 6 краболовами — непонятно. Так или иначе, по данным Ассоциации добытчиков краба Дальнего Востока, освоить удалось только 22%.

А осенью 2017 года на столе президента России появляется «анонимное письмо». А уже летом 2018 года главой правительства Дмитрием Медведевым утверждается «дорожная карта» по развитию конкуренции. В которой необходимые правовые акты, касающиеся в том числе и квот на вылова краба, должны быть подготовлены в течение 2019 года.

 Решаем вопросы…

Президент Северо-западного рыбопромышленного консорциума Геннадий Миргородский

Надо бы отвлечься от аппаратных интриг. Возможно, РРПК — это не так уж и плохо? А Северо-западный рыбопромышленный консорциум, контролирующий 100% квот на вылов краба в Северном море не так уж хорошо? Может, Геннадий Миргородский просто жадничает?

Началом противостояния Тимченко и СЗРК можно смело считать 2014 год. Именно тогда компания «Русское море – добыча» (будущая «Русская рыбопромышленная компания») проигрывает входящей в состав СЗРК компаниии «Вирма» тендер на покупку 100% акций Архангельского тралового флота. Проигрывает достаточно скандально — «Вирма» предложила Росимуществу 2,2 млрд рублей, а представители Глеба Франка «Интрарос» — 1,117 млрд. Разница вроде как незначительна, но за «Вирмой» уже стояла материальная база. У них был свой флот. Были специалисты. Была возможность освоить квоты.

С этим согласились не только в Росимуществе, но и в Сбербанке, согласившимся кредитовать «Вирму». Речь шла о 3,5 миллиардах рублей. Естественно, кредиты брались исходя из действовавшего тогда исторического принципа распределения квот.

Если переход на 50% аукционный принцип распределения квот состоится так, как запланирован, сможет ли «Вирма» выплачивать кредит Сбербанку?

По сути, заявление о сворачивании постройки новых судов-краболовов — это последняя попытка хоть как-то заявить о себе. На данный момент речь идет не только о переделе рынка в пользу зятя Тимченко. Речь идет о загубленных перспективах развития всей рыбопромышленности северо-западного региона России.

Как было подчеркнуто в начале статьи, все, что связано с морским и океанским рыболовством требует времени. «Расчистить площадку» под нового игрока административными методами, безусловно, можно. Вот только отрасль в целом потеряет даже не годы, а пару десятилетий.

Основная ирония состоит в том, что суммарно флот СЗРК больше, чем флот РРПК. Кроме того, рыбопромышленные компании — это не только флот, но и инфраструктура на берегу. Глеб Франк в итоге может оказаться не жадным до наживы, но расчетливым предпринимателем, а «жадным ребенком», который пытается забрать больше, чем даже теоретически сможет унести.

Финансовые данные компании «Вирма» Миргородских и Озеровского

Финансовые показатели «Русской рыбопромышленной компании» Глеба Франка

Как несложно догадаться, такая разница в стоимости компаний означает несоизмеримо большее количество активов у компании «Вирма».

А квоты недостаточно купить, их надо еще и освоить.

Мне нужны твои краболовы, траулеры и твой СЗРК…

Впрочем, есть еще один вариант развития событий. Еще более печальный для СЗРК. Вероятно, речь может идти не только о переделе рынка квот на вылов краба. А о переделе собственности как таковой. Ключевые для СЗРК компании, к примеру, вышеупомянутая «Вирма», имеют кредиты. Можно попробовать сделать из успевающей компании не очень успешную, а потом скупить активы по-дешевке? Или нельзя?

Источник:   ustav

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *